Герб РФ
РОССИЙСКО-АБХАЗСКИЙ ДЕЛОВОЙ СОВЕТ
Russian-Abkhasian Business Counsill
 
Герб Абхазии
 
Туризм и Отдых в Абхазии
Правительство РФ
Посольство РФ в республике Абхазия
Минэкономразвитие
Информация
Торгпредство
Таможня РФ
Торгово-Промышленная Палата РФ
Национальный Фонд Социальных программ РФ
Культурно-деловой центр Республики Абхазия
Торгово-Промышленная Палата Республики Абхазия

Наша страница в

Хаджимба: Пицунда имеет потенциал одного из лучших курортов мира

Премьер-министр Артур Миквабия дал интервью информационному агентству «Абхазия-Информ».


Премьер-министр Артур Миквабия дал интервью информационному агентству «Абхазия-Информ». К беседе подключился и вице-премьер Дмитрий Сериков, который акцентировал внимание на оптимизации системы управления и внедрении информационных технологий.

Манана Гургулия: Почему вы согласились возглавить Кабинет министров? Вам нужна была эта «головная боль»?

Артур Миквабия: Президент обратился ко мне с просьбой оказать содействие в решении многих вопросов. По всей видимости, он полагает, что у меня достаточно опыта, знаний в вопросах реформ и изменения стратегии. По всей видимости, он мне доверяет. Когда к тебе обращается человек, глава государства и ставит конкретную задачу, ждет ответа, конечно же, трудно отказаться. Я и сам вижу, что есть какая-то востребованность моих знаний, опыта.

- С какими проблемами вы столкнулись в должности премьер-министра?

А. Миквабия: Понятно, что система государственного управления требует кардинальных преобразований. Но когда я приступил к работе, то убедился, что на деле ситуация сложнее, чем я предполагал. Объясню, в чем это заключается. Сам аппарат очень громоздкий, неповоротливый, решения принимаются долго, а нужно принимать оперативные решения, действовать быстрее. Наша задача заключается во внедрении новых информационных технологий в управление.

- Вы жалуетесь на громоздкий аппарат, но министерств и госкомитетов стало больше...

А. Миквабия: Министерств стало больше, но я хочу сказать, что в самих министерствах количество людей будет значительно сокращено. Нам предстоит немалый объем работ и здесь очень важно, чтобы деятельность министерств была эффективной. Расширяются направления деятельности, требуется специализация.
Перед нами стоит задача оптимизации процесса принятия решений, подготовки необходимых документов и четкой организации документооборота.

Хочу еще раз отметить, что предстоит работа по самым разным направлениям. К примеру, кто конкретно должен заниматься вопросами молодежной политики, столь актуальной сейчас? Ею должна заниматься соответствующая структура, в которой должны работать специалисты.

- Я вас правильно поняла, речь идет о расширении направлений деятельности и при этом сокращении количества людей, занятых в структурах, отвечающих за эти направления?

А. Миквабия: В чем суть проблемы? Почему мы недостаточно быстро сокращаем чиновничий аппарат? По той причине, что это живые люди, которых нельзя одним росчерком пера выгнать на улицу. Кроме того, я не смотрю на то, кого поддерживали или не поддерживали люди во время выборной кампании. Самое главное, это профессионализм, способности, умение работать.

Перед нами стоит много разных задач, а как их решать? С помощью внедрения современных технологий управления. А куда деть работающих сегодня людей? Мы большое внимание уделяем созданию новых рабочих мест в разных сферах, в том числе и в бизнесе, экономике.

Сокращение численности управленческого аппарата предполагает совмещение одним человеком нескольких должностей, или выполнение ряда совмещенных функций. Для этого надо дать возможность обучения, повышения квалификации, а затем провести аттестацию. Например, как мы сокращаем? Работу, ведущуюся в комитетах, перенесем в соответствующие министерства и ведомства. У нас есть Администрация президента, которая тоже будет с нами работать. Люди, которые будут там работать, смогут разбираться в нескольких сферах. Мы не возьмем на работу человека, который не умеет пользоваться компьютером.

- А что будете делать с министрами, которые тоже не всегда умеет пользоваться компьютерами?

А. Миквабия: Мы будем и министров обучать компьютерной грамоте и не только. Мы ждем приезда специалистов, которые будут читать лекции. Мы хотим организовать учебу для высшего управленческого состава, всех наших подразделений. Понимаете, нам нужны IT-специалисты, программисты и т.д.
Задача – усовершенствовать существующую систему управления.

- С чем была связана смена начальника Аппарата Кабмина?

А. Миквабия: Эта смена произошла в рамках реформ. Нам нужен был квалифицированный юрист, имеющий опыт работы. Подобрали человека, знающего работу. Она квалифицированный специалист, быстро разберётся в работе Аппарата. Здесь ведь не только административная работа. Очень много будет работы именно у начальника Аппарата в связи с предстоящими реформами.

Время идет, раньше мы работали в условиях непризнанного государства. Сейчас новые реалии, новые веяния и решения.

Наша задача – сделать так, чтобы обеспечить такое развитие Абхазии и ее экономики, при котором мы не будем зависеть ни от какого государства. Надо заложить основы для того, чтобы в течение пяти-семи лет мы создали самодостаточную экономику.

Скажу, что мне не нравится, в чем для нас сложности масштабного характера?

У нас часто рассуждают об «апсуара», но оно подразумевало, в том числе, разумный аскетизм и скромность. У нас же порой люди руководствуются принципом - лишь бы мне было хорошо, а остальное меня не интересует.

У нас нет цели просто сократить число работающих в госструктурах. Речь идет о внедрении современных методов управления, чему мешает консерватизм, привычка работать по старинке. Мы хотим преодолеть этот консерватизм. Президент ставит перед нами конкретные задачи по оптимизации системы управления, повышению производительности труда, внедрению новых управленческих технологий.

- Меня интересует, как конкретно вы намерены все это осуществлять, какие механизмы используете, чтобы люди вам поверили.

Вице-премьер Дмитрий Сериков: В конечном итоге, у нас нет цели просто сократить людей. Главная цель - в обеспечении эффективности работы каждого отдельного госчиновника, госслужащего. Достигается она тем, что выстраивается жёсткая система управления, основанная на информационных технологиях. На первом этапе она внедряется в действующие структуры и апробируется.

На первом этапе мы должны понять, какой орган госуправления какие функции выполняет, насколько он эффективен или неэффективен. Механическое сокращение числа работающих – не самоцель. Есть органы госвласти, которые реально перегружены штатами и позициями, которые можно сократить и до 30 %. Но есть органы госуправления, к примеру, казначейство, численность сотрудников которого будет расширена до 50 человек.

Я не касаюсь силового блока. Что касается других структур, то говорить о том, насколько и где надо сокращать штаты, можно будет лишь после детального анализа их работы, штатного расписания, возложенных на них функций. Имея реальную картину, мы будем знать, как модернизировать систему. Структуры госуправления должны работать четко, как конвейер. Каждый госчиновник должен знать четко свои функциональные обязанности, за что он конкретно отвечает. Тогда и будет спрос с него. Без этого ничего работать не будет никогда.

А. Миквабия: Важный момент – мы должны уйти от непотизма.

Д. Сериков: На основании проведенного анализа мы поймем, что, где, как и почему. После этого можно будет внедрять информационные технологии, которые всем известны. В конечном итоге, мы хотим прийти к нормальному электронному документообороту, чтобы документов в бумажной форме не было на столах.

Сейчас в органах госуправления информационные технологии отсутствуют как таковые. У нас нет даже элементарной электронной почты. У всех есть какие-то личные электронные ящики. Я не представляю, как можно работать в таком формате. Первое, с чего мы начнем, это внедрение системы электронной почты в органы госуправления. У каждого министра, сотрудника будет своя персональная почта с нормальными доменными именами. За неделю и месяц это не делается. Сейчас нет ничего. Это будет первый шаг.

А. Миквабия: Кабмин не имеет компьютеры. Их и не было. Заседание Кабинета министров проходит без компьютеров.

А куда они делись? Их что, забрали? Почему каждый раз, когда сменяется правительство или состав парламента, возникает проблема приобретения оргтехники или автомобилей?

А. Миквабия: Компьютеры никто не уносит. Хотят машины. Как-то пришли ко мне и говорят, что надо списать машину. Сколько стоит? 100 тысяч. Ничего подобного, она стоит 600 тысяч. Я не разрешил списать.

Кабинет министров никакие новые машины не приобретал. Мы ждем указа президента, в котором будет определено, кто и автомобилями какого класса может пользоваться, их стоимость. К нам приезжают разные высокопоставленные гости. Некоторых по протоколу надо встречать на машинах класса «люкс», но у нас нет их.

В правительстве нет ни одной машины класса «люкс»?

А. Миквабия: Нет. Была одна в свое время у Сергея Шамба, в бытность премьером. Но произошла авария. Больше нет.

Д. Сериков: У нас в аппарате 8 – 9 машин, из них часть «Жигулей», один «Мерседес», который дали мне, но я на нем не езжу, так как он не работает. Все они стоят в гараже.

Возвращаясь к разговору о наших планах... Чтобы запустить электронную почту, нужно создать сервер, иметь IT-персонал, которого у нас нет в органах госуправления. Сейчас у нас очень размыта функция административно-хозяйственного отдела (АХО). В каждом госоргане есть свой АХО. Это неправильно. К тому же, если бы мы, условно говоря, жили в двадцатимиллионном городе, где реально разбросаны министерства, я бы это еще понимал. Но в наших условиях, когда практически все госорганы сконцентрированы в трех зданиях, иметь отдельно в каждом АХО нет смысла. Эта функция должна быть полностью сконцентрирована в одном месте и из него управляться. Я глубоко убежден, что это должно быть в Аппарате Кабинета министров. Должен быть отдельно один общий отдел, который будет обслуживать все министерства, приобретать необходимое оборудование, решать хозяйственные задачи. Это один из первых шагов, который реально изменит систему.

Помимо этого, важно IT-направление. Здесь то же самое. В каждом министерстве свой системный администратор. Каждое министерство решает свои проблемы в области информационных технологий своими средствами, как может. Если же мы все функции сконцентрируем в одном месте, то получим реально работающую систему и сэкономим государственные деньги.

Министерство сельского хозяйства должно заниматься сельским хозяйством, а не ломать себе голову решением IT-вопросов. Второй этап – это централизация ряда функций.

А. Миквабия: К сожалению, у нас элементарных вещей нет, к примеру, той же корпоративной электронной почты. Нас заедает текучка. Если мы не решим элементарные вопросы, то движение вперед будет сложным.

Главная задача - создать такую систему управления, разработать такие программы, которые позволят нам преодолеть кризис и встать на путь самостоятельного экономического развития.

Сегодня многие госструктуры работают сами на себя: сами себе ставят задачи, сами их решают и вновь требуют денег. И это не из-за того, что руководитель плохой или хороший, просто сложилась такая система. Мы хотим эту систему изменить. А это, конечно же, затронет судьбы людей. Поэтому мы обращаемся к людям: повышайте квалификацию, учитесь.

Мы повысили спрос к кандидатам, которых приглашаем на работу. Заметен приток молодых, грамотных ребят. Я постоянно повышаю планку и спрос с сотрудников, чего не делала предыдущая власть. В прошлом не было спроса на высококвалифицированных специалистов. Где специалисты-айтишники? Зачем мы должны сейчас искать? К сожалению, их просто нет.

Есть еще одно важное обстоятельство: мы открыты для всех. Мы не уходим от сложных вопросов и проблем.
Так, сопредседатель партии «Амцахара» Гарик Саманба на съезде заявил, что поддержка реального сектора экономики с помощью 1,2 млрд рублей, выделяемых через «Инвестиционное агентство» тремя российскими банками – заслуга прошлых властей. Это не так.

Но ведь в одном из телеинтервью ваш предшественник Беслан Бутба говорил о том, что он весной прошлого года, будучи бизнесменом, представил несколько своих проектов для финансирования.

А. Миквабия: Я лично, а никто другой, договаривался об этом с помощником президента РФ Владиславом Сурковым.

На днях уехала делегация Счетной Палаты РФ. Нам пришлось отбиваться по многим вопросам, хотя я не имею никакого отношения к тому, что делалось в 2013 - 2014 годах. Но мы заявили, что как правительство несем ответственность за страну.

Когда Сергея Багапша избрали президентом, он говорил, что в казне было всего пять рублей. Так и было. Но нам оставили порядка 800 млн руб. долга.

Объясните, что это за долг.

А. Миквабия: Помимо перечня утвержденных в Комплексном плане содействия социально-экономическому развитию Абхазии объектов, строили еще дополнительно объекты. На это дополнительно российско-абхазская Межправкомиссия выделила сначала 800 млн рублей, а затем еще 1 млрд рублей.
А когда мы пришли к власти, к нам стали приходить люди и требовать заплатить за поделанную работу.

Так кому и сколько должны?

А. Миквабия: По 200 млн рублей должны «Абхазстрою» и «Автодору», примерно столько же - 169 млн рублей должны «Абхазберегозащите», 109 млн рублей – - за дорогу на озеро Рица, 76 млн рублей - крестьянам, которым не заплатили за их труд.

А ООО «Южная строительная компания» ничего не должны?

Д. Сериков: Мы должны «Абхазсторю». А у них есть субподрядчики. Они, в свою очередь, дальше должны, это - целая пирамида неплатежей, которая парализует работу.

А. Миквабия: Это целая финансовая пирамида, которую построили, а она лопнула. Надеялись, что еще придут деньги. А теперь как нам выходить из этой ситуации? Люди не платят налоги, не производят отчисления во внебюджетные фонды. Спрашиваешь, почему не платят, а они отвечают: «А вы нам пока наши долги за проделанную работу выплатите».

Более того, часть из 50 объектов, которые строили сверх запланированных ста, не достроена. Вот нам и приходится заниматься еще и этими недостроенными объектами и искать средства, чтоб покрыть долг почти в 800 млн рублей. А как быть, ведь это же наши люди, организации, рабочие, которым не выплатили зарплату, поставщики материалов, которым не заплатили за поставки. В Ткуарчале один руководитель строительной организации говорит мне, что его могут посадить. На вопрос, почему, отвечает: «Я взял деньги в долг, а теперь мне надо возвращать их, а мне не заплатили за проделанную работу».

Это и есть пирамида. А сейчас в соцсетях распускают слухи якобы я готов заплатить людям по долгам за какие-то «откаты».

Спрашивается, зачем я должен платить по чужим долгам и где мне взять эти деньги? Но когда к тебе приходят 200 крестьян и требуют вернуть им их заработанные деньги, мне как премьер-министру приходится «вертеться как ужу на горячей сковороде», что-то придумывать.

Нас упрекают в том, что прошлые власти, в отличие от нас, построили много объектов. Но ко многим построенным объектам есть претензии. И теперь нам усилили контрольный режим. Если раньше сметы расходов легко проходили, то теперь это не так. Мы готовим сметы и посылаем их в Сочи. Там они проходят экспертизу и лишь после этого принимаются. С одной стороны, это хорошо, а с другой – это дополнительная нагрузка для нас. Эти недопустимо, когда тебе выделяют средства на определенный объем работ, определенное количество объектов, а ты сверх выделенных средств пытаешься что-то строить.

Когда вы говорите, что строились объекты сверх утвержденного плана, почему вы с возмущением называете одни, но молчите о других. Я очень рада тому, что в Сухуме построили Музей Боевой Славы и в Гудауте он строится, но, насколько мне известно, они не входили в Комплексный план?

А. Миквабия: Прежде чем начать строительство любого объекта, надо определиться с тем, как, когда и на какие средства это возможно сделать.

Д. Сериков: Попытаюсь объяснить, в чем проблема. Взяли, скажем, энную сумму на строительство 10 объектов, а потом раскидали эти деньги на 15. В итоге, мы не только не построили все 15 объектов, мы не достроили часть из запланированных 10. А где взять дополнительно средства, если они были рассчитаны лишь на 10 объектов?

Проблема в том, что раньше система управления была одна. Один руководитель, все остальные - подчиненные, плюс «телефонное право». Звонок, требование и никаких подтверждающих или разрешающих документов. Люди все бросают и начинают выполнять по звонку работу. Это накапливается, как снежный ком: ни одного документа, ни одного договора.

А в результате, приезжают сотрудники Счетной Палаты РФ и говорят: здесь нет документов, там нарушения...
Все в государстве работало в режиме «ручного управления». Такая система управления может и была оправдана на каком-то этапе развития, в 90-ых годах прошлого века. Сейчас другие времена, нужна современная, эффективная система управления, основанная на науке. Возьмите США, неважно кто там президент, там система работает.

А. Миквабия: А сейчас нам будут доказывать, что Александр Анкваб был герой, много строил.

Д. Сериков: А в чем героизм? Если нет системы управления. Если бы мы и дальше так продолжали, государства не стало бы через три года.

А. Миквабия: Если мы и дальше так будем продолжать, мы объедим будущие поколения. Так нельзя.
Наше правительство впервые за многие годы взяло в банке кредит, чтобы выплатить заработную плату и пенсии. Так же нельзя.

Когда я говорил, что нам грозит дефолт, я не преувеличивал опасность. У нас на самом деле дефолт, потому что мы не можем осуществлять необходимые платежи из-за доставшихся нам долгов. А это 800 млн рублей.
В свое время я предупреждал, что единоличная система управления государством и складывающаяся в стране банковская система аукнутся всем нам.

И что у нас сегодня? Сегодня Сбербанк – фактический банкрот. «Гагра-банк» не может рассчитаться со своими долгами, считай, он рухнул. Вообще вся банковская система рухнула. Нам же приходится работать в условиях, когда курс рубля значительно понизился, а доллар намного вырос.

Почему сегодня вопросами оказания финансовой помощи Абхазии и Инвестиционной программы занимается министерство по Северному Кавказу?

А. Миквабия: Раньше этими вопросами занималось министерство регионального развития РФ. Но его уже больше нет.

Порой можно услышать сетования по поводу того, что в России к Абхазии якобы стали относиться как к своему региону. Ничего подобного. Приведу пример, в последний раз, когда я приехал в Москву с рабочим визитом, меня встречали как главу правительства независимого государства. В России, являющейся нашим стратегическим партнером, к нам относятся к суверенному государству и подчеркивают это.
Проблемы в нас самих. Надо научиться качественно работать и эффективно управлять своим государством. У нас есть ресурсы.

Расскажите подробнее, как вы намерены поддерживать реальный сектор экономики.

А. Миквабия: Поддержка реального сектора экономики планируется по нескольким направлениям. Одно из них – через созданное «Инвестиционное агентство». Российские банки выделяют на эти цели 1,2 млрд рублей.
Мы утвердили положение о Рабочей группе при Минэкономики РА по первичному отбору инвестиционных проектов, которые потом будут направляться в «Инвестиционное агентство».

Инициаторами проектов могут выступать физические, юридические лица и индивидуальные предприниматели (кроме РУП, МУП И ГУ), вносящие собственные средства в проект до получения финансирования от агентства. Наиболее предпочтительным соотношением между собственными и заемными средствами считается соотношение 30 х 70% , но не менее чем 10 Х 90%. Моментом начала возврата процентов и основной суммы финансирования предполагается запуск производственной фазы инвестпроектов.

Кредиты будут выдаваться сроком на 10 лет под 10% годовых. Уже представлен ряд проектов. Есть проекты, связанные с сельским хозяйством, производством керамзитных блоков и др.

Есть еще 200 млн рублей собственных средств, которые будут направлены на кредитование малого и среднего бизнеса - от одного до трех миллионов рублей на три года. Когда-нибудь такое было? Нет. Но спрос будет строгим.

Один из разделов Инвестпрограммы на 2015 – 2917 годы предполагает государственное софинансирование инвестпроектов, точнее развитие реального сектора экономики – 944,6 млн рублей. На 2015 год предусмотрено 400 млн рублей.

Почему мы так делаем? Если сегодня люди не будут платить налоги, мы не сможем содержать новые школы, другие социальные объекты. Мы намерены выдавать кредиты - до 20 млн рублей. При этом нам все равно, кто претендует на эти кредиты, какие у него политические взгляды. Главное, чтобы вложенные средства приносили прибыль и способствовали развитию экономики страны.

Д. Сериков: 1,2 млрд рублей мы планируем направить на внедрение нескольких прорывных проектов крупного бизнеса, а 400 млн рублей из Инвестпрограммы и 200 млн рублей наших собственных средств - в рамках единой программы пустить на проекты в сфере малого и среднего бизнеса.



Источник: http://www.abkhazinform.com/intervyu/item/1320-artur-mikvabiya-glavnaya-zadacha-sozdat-takuyu-sistemu-upravleniya-razrabotat-takie-programmy-kotorye-pozvolyat-preodolet-krizis-i-vstat-na-put-samostoyatelnogo-ekonomicheskogo-razvitiya